[ предыдущая статья ] [ содержание ] [ подшивка за 1998 год ] [ "Невское время" ] [ поиск ]

Невское время No 37(1679) 28 февраля 1998 г.

Праздник, который навсегда
Из рассказов Владимира Кондры 1. Короли игры. Вместо предисловия Ни на секунду не смолкавший на площадке, своими криками-воскликами заводивший и товарищей по команде, и публику Владимир Кондра вне атмосферы боя в редкие часы отдыха был самым молчаливым человеком в феноменальной сборной СССР 70-х - 80-х годов. "Володя, - говорил ему иногда Вячеслав Платонов, старший тренер этого уникального созвездия, - ты опоздал родиться. Пятнадцать-двадцать лет назад тебе не было бы равных, ты был бы королем волейбола". Что ж, Кондре с его 185 сантиметрами и умением делать в игре все на высшем уровне не составило бы особого труда стать своим в компании Саввина, Ульянова, Воронина, Ревы, но эти более чем скромные сантиметры чрезвычайно осложняли ему жизнь во времена Савина, Шкурихина и других двухметроворостых. Отстаивая свое место в сборной, в клубе Кондра вынужден был затрачивать много больше физических усилий и нервной энергии, чем его собратья-конкуренты: они были на 12 - 17 сантиметров повыше, к тому же на 5 - 7 лет моложе Кондрата, как называли главного "пахаря сборной", мотор команды.

И все-таки Кондра стал Королем волейбола.

Журналисты, аккредитованные в Париже на чемпионате Европы 1979 года, присвоили полуофициальный титул "волейбольного Пеле" Владимиру Кондре, 29-летнему москвичу сочинской выделки, исполнившему на том турнире свою самую прекрасную песню, оказавшуюся лебединой (его замучили травмы; у них с Наташей умер сынишка Антон - все это ускорило уход Кондры-игрока из большого спорта). Тогда же в одной из французских газет было замечательно сказано о том, что роднит Пеле, Кондру и ... Париж: "Париж, как писал Хемингуэй, до конца дней останется с тобой, если ты в молодости жил в Париже, потому что Париж то праздник, который всегда с собой. И игра в мяч, которую мы видим в исполнении русского Кондры, как и игра бразильских футбольных кудесников, как и теннисные спектакли "Ролан Гарроса", навсегда остаются с тобой".

Уйдя с площадки (это произошло летом 1982 года на Международном турнире в ленинградском дворце спорта "Юбилейный"), Кондра стал тренером. Редко кому из выдающихся мастеров удается карьера и на поприще творения звезд и команд-звезд. Его жизнь в большом спорте длится 30 лет и поделена поровну на две части: карьеру профессионального игрока - сочинское "Динамо", СКА (Грозный), СКА (Ростов-на-Дону), ЦСКА и тренера - одинцовская "Искра", ЦСКА, "Олимпиакос" (Греция), молодежная сборная СССР (старший тренер), мужские сборные СССР и России (второй тренер), национальная сборная Франции (главный тренер).

Впрочем, о своем французском житье-бытье, о своей тренерской доле Владимир Григорьевич пусть рассказывает сам. Тем более что он стал теперь гораздо более разговорчивым вне площадки, чем был тогда, когда все свои эмоции, весь свой южный, черноморский темперамент выплескивал в игре.

2. Головой об стенку Тренер не выходит на площадку, риска сломать руки, ноги у него куда меньше, чем у игрока, зато, будучи человеком не таким молодым, как игроки, он чаще зарабатывает ишемическую болезнь сердца, язву желудка, его сражают инфаркты, инсульты - примеры у всех на слуху. К тому же у тренера ослаблен иммунитет против тяжелых стрессовых ситуаций. Что я имею в виду?.. Однажды в Одинцове - я тогда тренировал "Искру" - после нашего проигрыша донецкому "Шахтеру" на тай-брейке (16:17) я никак не мог найти дверь и сильно ударился головой об стену - не свалился на пол только потому, что меня под руки подхватили, с сердцем плохо стало, каюк, подумал. Как игрок, такого состояния "грогги" я никогда не испытывал, хотя, поверьте, случалось попадать в крутые переделки.

Не подумайте, что хвастаюсь, но когда я бросался за мячом, пытавшимся приземлиться на нашей стороне площадки или отскочившим от нашего блока далеко за пределами игрового поля, ничто и никто не могли меня остановить - ни скамейки для запасных, ни кресла зрителей, ни телевизионные камеры, ни фоторепортеры, ни судьи. Не свисток судьи: я человек дисциплинированный - и как спортсмен, и как офицер (демобилизовался я перед двухлетней командировкой в Грецию в 1992 году, отслужил в Советской армии 18 лет и 9 месяцев, ушел подполковником, не дослужил один год и 3 месяца до полковничьей пенсии), а сам стоящий на пути у играющего человека судья в белой униформе и со свистком или с флажком. В игре-то, когда я поймал кураж, завелся, действительно, ничто меня остановить не могло, а сейчас, когда стал тренером, случаются, останавливают. Не знаю, стоит ли говорить об этом. Тренер должен, по-моему, искать причину поражения не в жаре, холоде, шуме или безмолвии трибун, в необъективном судействе, а только в игре своей команды. Но такая творится иногда в спорте несправедливость, что хоть головой об стенку бейся, как я в начале тренерской карьеры в Одинцове.

3. Увидеть Париж и... продлить контракт Вот недавно сплавили в Греции и мужскую сборную Франции, которую я тренирую уже третий год. Команда у нас сейчас хорошая - сильная, грамотная, с куражом - у себя дома мы можем обыграть даже Италию, Голландию, Бразилию, Кубу, практически любого соперника. Помните взлет сборной Франции в середине 80-х с ее бесподобным пасующим Аленом Фабиани, очень быстрым универсалом атаки Эриком Бувье? Как здорово, как красиво играли французы, попавшие тогда в элиту европейского и мирового волейбола! Смею вас заверить: нынешняя команда не хуже. Единственное, чего ей не хватает - стабильности, веры игроков в себя. Этого же, на мой взгляд, не достает мощной по потенциалу российской сборной, где в канун чемпионата мира в Японии сменилось все руководство. Находясь во Франции тяжело разбираться в подковерных играх в кабинетах российской волейбольной власти, в том, не будет ли нарушена с заменой главных тренеров и их штабов определенная преемственность. Я рад, что теперь далек от всех этих разборок и интриг и могу работать спокойно, без дерготни. Это не значит, что французская волейбольная федерация, присматривавшаяся, оказывается, к тренеру Кондре, еще когда я работал с греческим "Олимпиакосом" и выиграл в Париже в 1993-м очень представительный турнир, и предложившая мне в 1995-м подписать с ней контракт на два года, не контролирует мою работу. И контролирует, и создает мне и игрокам все необходимые условия, ожидая от нас хорошего результата. Профессионалам - и в этом серьезное отличие реалий французских и российских - в Париже и других городах Французской республики доверяют. На турнире четырех сборных (Франция, США, Германия, Греция) в канун встречи Франция - США за две недели до открытия чемпионата Европы, президент Французской федерации Марсель Буассо публично объявил, что контракт российского тренера, работающего полтора года со сборной Франции, продлен до Олимпийских игр в Сиднее 2000 года. Там же в Сен-Назере глава французского волейбола сказал: "Это должно стать для Кондры стимулом в канун чемпионата Европы, в котором перед французами поставлена задача попасть в шестерку". То ли стимулы сработали, то ли что другое, только мы план перевыполнили и стали аж четвертыми в Европе, уступив в "утешительном" финале лишь итальянцам!

Говорят: "Увидеть Париж и умереть!" Я много раз бывал в Париже, живу теперь здесь с семьей, женой Наташей, тоже сочинкой, мы знакомы со школьных лет, и 13-летней дочерью Лерой (22-летний сын Алексей занимается бизнесом в Москве, волейбол на мастерском уровне - он играл за ЦСКА - оставил) в прекрасном районе Булони, в просторной, шикарно обставленной квартире третий год. Я изъездил с волейбольными командами весь мир и скажу всем, что мало на земле городов, где было бы так замечательно жить и работать, как в культурной столице мира, - Париже. Разумеется, я подписал предложенный мне новый контракт и теперь могу сосредоточиться все свои и команды усилия на подготовке сборной Франции к Олимпийским играм в Австралии.

Что же до чемпионата мира в Японии, это тот самый случай, когда меня и нашу команду остановил судья. Судья из Кипра, грек-киприот, назначенный судить в качестве второго арбитра самый принципиальный матч отборочного турнира Греция - Франция, где решалась судьба второй путевки в Японию. Первую "забронировали" за собой серебряные призеры прошлогоднего первенства континента, бронзовые медалисты Атланты югославы. Я два года работал в Греции и знаю, каково играть против греков на их поле, знаю, что в ход будет пущено все, чтобы победа досталась хозяевам. Мы играли, могу поклясться, очень хорошо и 25-летний доигровщик с приемом Лоран Капе (202 см), атакующий помощнее, чем Бувье, и 30-летний темнокожий связующий Лоран Шамбертэн из итальянской "Равенны", "связка" высокого класса, и получивший в Голландии приз лучшего подающего чемпионата Европы 20-летний Франц Гранворка, и 25-летний диагональный игрок, камерунец по происхождению Жак Еко, самый прыгучий в команде (при росте 196 см он достает отметку 365 см!). Первый сет, несмотря на беснующиеся трибуны, был за нами - 15:10. Но и хозяева, стильно омолодившие свою сборную за последние два года, которых с прошлого года тренирует игравший у меня пятью годами раньше в "Олимпиакосе" 37-летний Селиос Казазис, были настроены очень решительно. С тем же счетом - 15:10 вторую партию взяли они. В третьей мы вели 14:11, были очень близки к победе, но тут началось такое, чего я за свою долгую жизнь в волейболе не видел и, даст Бог, больше не увижу. В игру вступили судьи - итальянский, на вышке, и особенно его помощник. Тот, кто назначил грека-киприота судить греческую команду в Греции, все рассчитал очень точно. И киприот не подвел свое начальство и своих земляков. Что они творили: страшный сон. При счете 14:14 кто-то из греков бьет в антенну, это видят все, кроме судей, и 15-е очко дарится хозяевам. После нескольких переходов уже француз мощно атакует с края сетки, греческий защитник, пытаясь увернуться от удара, выскакивает за площадку, мяч, однако, попадает ему в спину, первый судья спрашивает у помощника, что там случилось, и помощник с Кипра уверенно говорит: "Мяч в ауте, он никого из греческих игроков не задел (!?)". 14:16 - два царских подарка судьи, сделанных грекам, решили судьбу матча и путевки в Японию на ноябрьский чемпионат мира не в нашу пользу.

4. Летите, голуби, летите... (Вместо заключения) Про счастливчиков-везунчиков на Руси говорят: "Родился в рубашке", в Англии: "Родился с серебряной ложкой во рту".

Кондра, должно быть, родился с мячом под мышкой. Летающим мячом, волейбольным. Правда, в первом и втором классе 23-й средней школы Сочи он играл до рези в глазах, до спазм в правой, сжимающей ракетку руке в настольный теннис и любил пинг-понг, как все, что любит страстный человек, до восторга, до фанатизма. Но девятилетним, ныряя с мола в набежавшую волну, порезал себе стеклом кисть и врачи наложили на теннис табу. С горя уже 12-летним начал заниматься у супругов Литвиновых (жена - школьный физрук, муж - тренер в ДЮСШ) волейболом. Вообще-то играл в волейбол он и раньше: жили-то Кондры - отец, мать и трое детей - у самого моря, рядом с парком Ривьера, почти на территории санатория им. Дзержинского, а волейбольные сетки в 50 - 60-е годы "улавливали" самых талантливых ребятишек в парках и дворах необъятной державы...

Теперь не то. И успехи, соответственно, не те.

Таланты, однако, не перевелись в России. Жаль, что свое искусство демонстрируют они не у себя на родине, а в Италии, Японии, Бразилии, Франции.

Летите, голуби, летите!

Вот и Кондра, прилетев 31 декабря из Венеции (накануне сборная Франции играла в соседней Вероне с итальянцами матч Европейской лиги), всего за четыре часа до Нового года, успел аккурат к новогоднему столу. Рано утром 31 января, проведя отпуск дома, в Москве, в Олимпийской деревне, где когда-то получил квартиру, как один из героев Олимпийских игр, он улетел в Париж "для дальнейшего прохождения службы", как писали в командировочных предписаниях в годы службы В. Г. Кондры в Вооруженных силах СССР.

Алексей САМОЙЛОВ


[ предыдущая статья ] [ содержание ] [ подшивка ] [ поиск ]
ъМДЕЙЯ ЖХРХПНБЮМХЪ