[ предыдущая статья ] [ следующая статья ] [ содержание ] [ подшивка за 1999 год ] [ "Невское время" ] [ поиск ]

Невское время No 168(2050) 9 сентября 1999 г.

"Сайгон": история продолжается
Мы стремимся за временем, которое с годами неумолимо ускоряет свой бег. И поэтому вряд ли в городе найдется хоть десять человек, помнящих, что на прошлой неделе исполнилось тридцать пять лет одному из самых культовых питерских мест - кафе на пересечении Невского и Владимирского проспектов, получившего в народе пропитанное духом фильмов Оливера Стоуна название - "Сайгон".

История В стародавние времена, когда Невский проспект только-только стал Невским, а Владимирский и вовсе не имел собственного названия, означаясь исключительно как "правая часть Литейной улицы", на углу этих двух першпектив возник дом. Первое документально подтвержденное упоминание о нем относится к 1765 году. Уже в те годы вокруг домапроисходило известное движение всевозможных людских масс. Как замечает П. Столпянский в книге "Старый Петербург", на углу Невского и Владимирского беглых крестьян, стекавшихся в столицу в поисках работы со всех концов России, стригли в ямщики: "парикмахеры, усадив своего клиента тут же на улице на тумбу, начинали стричь. Волосы падали на тротуар, а вместе с ними и то, что дало перекрестку характерное название - "вшивая биржа"" .

В начале XIX века эта часть города, только недавно включенная в его пределы, считалась далеко не аристократическим районом. Посему, исходя из специфики места, дом несколько раз менял хозяев, а впоследствии был перепланирован в доходный. Дважды - сперва бедным молодым музыкантом, а позже признанным маэстро - поселялся в этом доме Михаил Иванович Глинка. Здесь же в свое время снимал скромную комнату никому тогда неизвестный поэт Некрасов. А волею благосклонной судьбы в апартаментах значительно больших размеров очутился и свежеиспеченный студент Академии художеств Василий Суриков. Кстати, именно из его письма 1869 года мы узнаем о новом названии дома - гостиница "Москва". Постояльцами дома также были Чехов и Достоевский. Сосуществование под единой кровлей низших и высших сословий и в дальнейшем носило подчеркнуто демократический характер. Можно утверждать с полной уверенностью, что дом в то время был любимым местом питерской богемы.

Еще одна история Дмитрий Шагин, художник: "Первый раз о "Сайгоне" я услышал в 13 лет. Где-то году в семидесятом мне рассказывал о нем художник Арефьев. Он говорил, что есть такое место, где собираются "поэты с бородищами и глаза у них - аки сливы" и там они пьют кофе, стихи читают. И место это сейчас самое крутое. А попал я туда лет в 16.

Познакомился с поэтом Даргомощенко и музыкантом Козловым из "Союза любителей музыки рок". Приблизительно тогда же увидел я и совсем юного Курехина. В 1982 году я познакомился с Гребенщиковым. Живя на улице Софьи Перовской, он тогда каждый день ходил в "Сайгон" пить кофе.

У самого входа был небольшой барчик с коньячком и столики со стульями. Место это было элитное и напоминало подпольный книжный магазин. Там-то и собиралась солидная публика - поэты. Я сразу проходил дальше, где была молодежь, серые круглые стойки, широкие подоконники и пластинки "из-под полы". Люди были с хайратниками, с холщовыми сумками с Демисом Руссосом и почти все - с флейтами. Стояли в очереди к Стелле, она лучше всех заваривала кофе. Здесь публика была очень разношерстная: хиппи стреляли на кофе - "аскали на прайс". В 80-х рядом обосновался рок-клуб - и в "Сайгоне" появились панки в своих забавных прикидах. Периодически были и драки - панков с гопниками. В одну из переделок "Сайгона" в конце зала появилось зеркало во всю стену. Все заговорили, что за этим зеркалом сидят кагэбэшники: всех снимают и все записывают".

Олег Гаркуша, председатель фонда "Сайгон": "Я появился в "Сайгоне" где-то в начале 80-х, когда стал работать киномехаником в кинотеатре "Титан". Обычно мы с приятелем проводили обеденное время около "Сайгона". Рассматривали людей и милиционеров. Они всегда находились около "Сайгона", чтобы забирать тех, кто "не соответствовал". Гребень на голове, остроносые ботинки, обрезанный галстук, черные очки - все это считалось неопрятным. Особенно старался оперотряд, набранный из комсомольцев и студентов. Бывало, что меня для выяснения личности забирали по три раза в день. Помню забавный момент во время съемок фильма "Взломщик", когда по сценарию меня должны были забирать от "Сайгона" в милицию. Но сцена была разыграна раньше, чем ожидалось. Камеры тогда были установлены в кинотеатре "Титан", и пока они настраивались, нас с помощником режиссера принялись забирать по-настоящему. Спасти нас удалось только директору картины, которая предъявила все возможные документы. Я знал, что в КГБ на меня есть дело. Раньше, говорят, был целый отдел, который занимался "Сайгоном".

Через "Сайгон" прошли все - люди совершенно разных профессий, убеждений и образа жизни. Здесь всегда что-то происходило. Ведь когда накладывается запрет, человек делает все наоборот. Как ни странно, но я хотел бы, чтоб вернулись те времена. Ведь сейчас, к сожалению, все можно".

Уроки истории После закрытия "Сайгона" его дух метался по городу, дробясь по кухням, лез за рубеж, проникал в сознание новых молодых людей. Те открывали клубы и устраивали тусовки в неизведанных дотоле местах. И наконец, дух этот обрел новую жизнь на прежнем углу, реинкарнировавшись в музыкальный магазин. Сделали его люди совсем молодые, но невесть как опаленные сайгоновской атмосферой. Позже, гордо неся свое легендарное имя, музыкальный магазин перекочевал по Невскому ближе к центру, обустроивши рядом клуб и кафе.

Дмитрий Додонов, генеральный директор клуба "Сайгон": "Я окончательно перебрался в Питер за неделю до того, как "Сайгон" закрыли навсегда. А лет в пятнадцать приезжал сюда и подолгу стоял напротив "Сайгона". Было безумно интересно наблюдать за этими большими, яркими и очень странными людьми. Причем со стороны было абсолютно непонятно, зачем они там стоят. Но прошло время, и я все понял.

В памяти людей остались не обшарпанные подоконники и женщины в грязных передниках, а тот дух, который практически зримо присутствовал в сайгоновской тусовке. Ведь "Сайгон" - это некая общность людей, которые создали и затем несли в себе совершенно определенный пласт культуры.

Это так же, как музыкант не может перестать быть музыкантом. Ему необходимо куда-то приходить - играть ли, слушать ли, встречаться ли с друзьями. "Сайгон" - это по-прежнему тусовка. Существующая, правда, по совсем другим принципам. Раньше любой музыкант готов был выступать просто, чтобы выступить.

Сейчас мы все понимаем, что труд каждого должен оплачиваться. Меняется сама жизнь, меняется отношение к ней, но людей по-прежнему тянет друг к другу, в то место, где они могут встретиться и поговорить. Раньше, если человек не вписывался в сайгоновскую канву - он уходил, ведь была масса других кафе. Сейчас почти то же самое - тот, кто не обладает сайгоновским духом, здесь не задерживается, а если этот дух есть - он рано или поздно сюда попадет".

Ника КУКОВИЦКАЯ Фото Дениса ВЫШИНСКОГО, Марии СНИГИРЕВСКОЙ


[ предыдущая статья ] [ следующая статья ] [ содержание ] [ подшивка ] [ поиск ]
ъМДЕЙЯ ЖХРХПНБЮМХЪ